Жаль, очень жаль, что об иных интересных и талантливых людях мы узнаем слишком поздно — когда их уж с нами нет. О скольком можно было бы узнать, о скольком расспросить… Или уходят они рано? Наверное, судьба наша такая: блуждать в поисках утраченного.
Недели за две перед праздником — Днем города — я повстречалась с Валентиной Николаевной Кузнецовой — всем известной «тетей Валей», которая много лет отработала в студенческом буфете тогдашнего педагогического училища. С моей матерью Анной Петровной Громницкой — преподавателем русского языка и литературы — они были, можно сказать, коллегами, добрыми приятельницами и дружными соседями по улице. Поговорили о будущем празднике, который пройдет, как в былые времена, в городском саду. «Хорошо бы под зелеными деревьями, с большой сцены стихи про родной город почитать…» — размечталась я. И тут тетя Валя тихо призналась: «У моего брата есть стихи про Старицу…»
«Брат? У Вас есть брат? И он пишет стихи?!!» — вцепилась я в собеседницу. И уже у Валентины Николаевны в гостях я услышала трогательную и горькую повесть.
Жила-была в городе Донской Тульской области простая советская семья Ночевкиных. Валентина была средней из детей. Отец погиб на фронте, мать рано умерла — ее «съела» тяжелейшая работа на шахте. Родные — пожилые и больные люди — не имели сил воспитывать ребят. Вале Ночевкиной было 11 лет, Коле — четыре года, когда дедушка, плача, отвез их в детский дом. Там они и выросли.
После выпуска жизнь разбросала Валентину и Николая по большой стране. Валя обосновалась в Старице, вышла замуж, вырастила двоих сыновей. Николай остался в родном краю, в Донском — на заводе башенных кранов, где прошел достойный трудовой путь — от рабочего до мастера цеха. И никаких ниточек, ведущих друг к другу, не осталось, нечем было связать судьбы брата и сестры.
Помогла однокашница Ночевкиных по детскому дому — Валентина Кондратьева. Она переписывалась со многими выпускниками и смогла найти адрес Валентины Николаевны Кузнецовой. Долгожданная встреча состоялась в 2008 году. Это была поистине радость со слезами на глазах!
…Передо мной общая тетрадь со смешным котом на обложке. Тетрадь со стихами Николая Николаевича, переписанными заботливой рукой подруги Валентины. Читаю — и не могу оторваться. Вроде бы все просто, незатейливо, далеко от признанных поэтических канонов. Изобилие литературных штампов, заезженных образов, примитивные рифмы — а кое-где их нет совсем… Но почему так щемит сердце и на глаза наворачиваются слезы?
Темы стихотворений — природа, родной край, любовь. Образы преломляются в философском ключе:
Много стихотворений о жизни и смерти.
Что-то меняется в мировоззрении после прочтения этих строк. Происходит, как сейчас модно говорить, «разрыв шаблонов». Николай Николаевич не учился ни философии, ни литературе, никогда и нигде не публиковался, не попадал под обстрел критики. Откуда же взял он такие слова, отсылающие нас к лучшим образцам поэзии прошлых столетий:
Непростые, болезненные у автора отношения с Богом — сказалась, видимо, многолетняя, общегосударственная борьба с религией. Отсюда и душевный надрыв. Рядом гнездятся сомнения — и детская чистая вера, протест — и проникновенная молитва. Слова отвергают, а рука складывается в крестном знамении:
И отнюдь не случайно в иных стихах Николая Ночевкина слово «бог» со строчной буквы:
Или
Много произведений посвящено Судьбе — о прошлом, о будущем. Постоянно возвращаясь в воспоминаниях к дням минувшим, автор сразу задает вопрос — а что же впереди? Лирический герой в лучших традициях обращается к цыганке. Он хочет и боится узнать будущее, стремится разделить истину и ложь…
Память о годах, проведенных в детском доме, болит в душе автора. Всего четыре года было Коле Ночевкину, когда перед ним распахнулись чужие ворота — но он запомнил все и навсегда. Много произведений посвящено однокашникам, друзьям детства, сестрам и братьям не по крови — по судьбе. Каждая встреча с ними — как ножом по сердцу:
Все стихи очень мелодичные, так и просятся на музыку. Не похожие ли бесхитростные строки рождались у юного Есенина под плач тальянки?
Песни — отдельный раздел творчества Николая Николаевича. Хорошо запоминаются простые и напевные строки. И в каждой — целая история, целая жизнь. Развела горькая судьба любимых людей. И как белеет солнечная голова одуванчика, так и седеют волосы героя песни:
Николай Николаевич Ночевкин скоропостижно умер в 2010 году от инфаркта. Сердечный приступ случился неожиданно. Умер, сидя в кресле, родные думали — уснул.
«Красиво пел Николай, — вспоминает тетя Валя. — Голос был у него хороший. Как у меня…» И тихо плачет.
Я тоже плачу, сама не замечая этого. А в голове сами собой возникают строки поэта Ивана Тхоржевского: «Легкой жизни я просил у Бога. Легкой смерти надо бы просить…» Николай Николаевич не просил легкой жизни. И Господь ниспослал ему быстрый уход, без боли и страданий.
Незадолго до смерти Николай Ночевкин посетил Старицу. Очарованный красотой древних храмов, он обещал сестре: «Встану рано-рано — и напишу стихи. Про ваш замечательный город, про летящие купола». Обещание свое он сдержал:
Автор словно предвидел свой скорый уход:
Думается, что частичка его души в самом деле осталась навсегда здесь, в нашем краю. И, конечно, остались его стихи. Кто знает, как сложилась бы жизнь Николая Ночевкина, если бы он выбрал литературный, поэтический путь? Читая его простые строки, вспоминаешь времена, когда русские люди — горожане, сельчане — слагали сказания, сочиняли песни и частушки. Народное творчество — наш исток, к которому мы все возвращаемся после дальнего пути….
Ольга ПРИХОДЬКО.
